Он замолчал. Молчал и Денис, переваривая услышанное. Нельзя сказать, что все сказанное он воспринял за чистую монету, нет, скорее он склонен был считать старика безвредным тихим душевнобольным, в мозгу которого смешались фантастика, Библия и реальность. Конечно, то, что он рассказывал, и в самом деле до определенной степени коррелировалось с событиями на «Сигмах», но… но многие тексты, авторов которых нет в живых, можно толковать тем или иным образом, в зависимости от склонностей толкователя.
— Подождите, святой отец, — наконец сказал он. — Я не хочу сказать, что верю в вашу версию. Я не хочу сказать, что не верю… в конце концов, я не теолог и не гадалка. Я хочу только спросить: чего вы хотите от меня?
— От вас? — почему-то растерянно спросил старик. — Даже не знаю. Может быть, и ничего. А может быть, хочу просто заронить в ваш разум зерно сомнения.
— Сомнения в чем?
— В доктринах, в догмах, в официальных версиях… в своей правоте или в моей неправоте. Может быть, еще в чем-нибудь. Вы спросите, что вам делать? Не знаю. Как бы там ни было, я искренне верю, что все в этом мире в руках Господа нашего, он направит, он даст совет — и совет этот будет воспринят разумом, сердцем, душою, если хотите. И не важно, веруете вы или нет.
— И вы пришли просто для того, чтобы рассказать мне содержание древней, изъеденной крысами рукописи?
— Совершенно верно. Я не даю советов, я не принимаю решений. Право каждого — идти своим путем. Засим разрешите откланяться…
Он скользнул глазами по остолбеневшему от столь неожиданного завершения разговора Денису и, кряхтя, поднялся. И только у дверей он бросил через плечо:
— Войско Сатаны… Вряд ли он остановится, верно?
Прошел уже не один час после того, как закрылась дверь за старым священником, давно уже высох под теплыми волнами, идущими от камина, банный халат, а Денис все так же неподвижно сидел в кресле и думал, думал… О чем?
Слова старика не давали покоя. Конечно, сейчас, когда магии его голоса уже не было, когда Жаров остался один, уже другим стало и отношение ко всему услышанному, более критичным, более скептическим. И все же здесь было о чем подумать. Снова и снова на память приходили кадры, полученные мисс Феллон при сканировании его памяти. Конечно, эти кадры вполне могли натолкнуть священника на столь своеобразную интерпретацию старого манускрипта. А темная фигура вполне подходила под посланника дьявола. Ладно, если отбросить мистику, то… то что остается?
Конечно, Денис был знаком с мнениями аналитиков Корпорации о причинах чрезвычайных происшествий на «Сигмах». В том числе и с тем, которое связывало гибель сотрудников станции и разгром оборудования с неведомыми разумными силами, проникшими на «Сигму» через заработавшую систему мгновенной транспортировки. Хотя и не было никаких доказательств того, что она и впрямь заработала. И все же… вряд ли какой-то там отец Браун мог читать материалы Корпорации с грифом «совершенно секретно».
Денис снова двинулся к терминалу, затем, подумав, подтащил к нему кресло. Предстояло поработать. Прежде всего он вызвал информационную систему Корпорации и ввел свой личный код. Система дружелюбно поздоровалась и впустила отстраненного от работы майора.
— Или кто-то недоглядел, — пробормотал Денис, — или меня еще не окончательно списали со счетов.
Запрос было сформулировать довольно трудно, тем более что он не был специалистом в области транспортных технологий и уж тем более в заоблачных высотах физики и математики, на которых базировались реализованные в двигателях принципы. Может быть, именно поэтому вопрос, заданный компьютеру Корпорации, был несколько дилетантским.
«Уровень совпадения направлений проводимых исследований станций „Сигма“, подвергшихся нападению, по состоянию на момент последнего получения информации от них».
Поиск занял неожиданно много времени. Затем компьютер выдал несколько сухих цифр. Денис долго и задумчиво смотрел на них. И заодно думал, прошла ли эта столь легко полученная информация мимо глаз экспертов или была ими обнаружена, систематизирована… и похоронена в ворохе гипотез и догадок.
С вероятностью 80 и 92% соответственно «Сигма-10» и «Сигма-7» находились на том же этапе экспериментов, что и погибшая первой «Сигма-4». Очень большой процент, при том условии, что у каждой станции были свои планы проведения исследований, как теоретических, так и экспериментальных… собственно, в этом и была суть решения создать целую систему космических лабораторий, идущих к общей цели каждая своим путем.
«Станции „Сигма“, находящиеся на близком этапе исследований».
В этот раз компьютер думал еще дольше. Сейчас его электронные мозги прокачивал через себя огромную массу информации, сверяя, анализируя, делая выводы. Денису оставалось только радоваться тому, что его индекс информированности позволял вообще получить доступ к этим сведениям.
Ни на мгновение у него не возникло подозрения, что уж его-то индекс информированности ни в коей мере доступа к информации такого уровня не позволял…
Возможно, он подумал бы об этом, будь ожидание еще более долгим. Но машина вдруг выдала ответ. «Сигма-2». Корреляция — 93%.
Шнайдер стоял навытяжку перед Директором Терсоном, чувствуя себя несколько не в своей тарелке.
— Значит, Жаров беспрепятственно копается в наших базах данных, а вы об этом узнаете спустя сутки, так, господин Шнайдер?
Особист поморщился — обычно Директор звал его по имени, как и всех доверенных сотрудников. И переход на «мистера» был не самым хорошим признаком.